Размер шрифта Цветовая схема

Победители под белым флагом ("Наш горожанин" от 6 - 12 декабря 2007 г.)

Парламентер... Для многих это слово ассоциируется со стародавними временами, когда войны велись "по-рыцарски", а противники благородно сообщали друг другу, когда и где собираются вступить в противоборство. Тогда якобы пленные всегда могли рассчитывать на гуманное отношение к ним со стороны победителей, а раненные в бою - на то, что непременно будет объявлено перемирие, хотя бы краткое, чтобы подобрать их и оказать медицинскую помощь.

По законам войны

Увы, война остается войной, и далеко не всегда ее законы и правила, зафиксированные в многочисленных документах, соблюдаются обеими сторонами, ведущими порой непримиримую борьбу на уничтожение. Однако институт парламентерства удачно прошел испытание временем.

Какое, казалось бы, отношение парламентеры имеют к великой битве на Волге? Оказалось, что самое прямое. Но вначале немного об истории вопроса.

В XX в. основополагающим документом, определяющим.положение парламентера, его функции, права и поведение, стало "Положение о законах и обычаях сухопутной войны" приложений к IV Гаагской конвенции 1907 г. В статьях 32, 33, 34 третьей главы отдела "О военных действиях" говорится, что "парламентером считается лицо, уполномоченное одной из воюющих сторон вступить в переговоры с другою и являющееся с белым флагом. Как сам парламентер, так и сопровождающие его трубач, горнист или барабанщик, лицо, несущее флаг, и переводчик пользуются правом неприкосновенности".

В числе других государств конвенцию ратифицировали правительства Германии и России. Вскоре обоим государствам пришлось помериться силами на полях I мировой войны. Без сомнения, парламентеры использовались и с той, и с другой стороны.

Многие советские люди знали о парламентерах в основном из художественной литературы. В частности, в замечательной повести А. П. Гайдара "Тимур и его команда" довольно верно (хотя и не без юмора) передан особый статус парламентера, его задачи и правила поведения в яркой сцене передачи "ультиматума" компании Мишки Квакина. Однако начавшаяся война заставила вспомнить об институте парламентерства в реальности.

Избежать кровопролития

В оборонительный период Сталинградской битвы у советских войск не было ни малейшего намерения вести какие-либо переговоры с врагом через посредство парламентеров или иным способом. Отношения между противниками были предельно ясны и выражались только в непримиримой вооруженной борьбе.

Положение изменилось с началом контрнаступления советских войск под Сталинградом в ноябре 1942 г., когда инициатива перешла в руки Красной Армии. С позиции превосходства советская сторона могла попытаться добиться результатов, сочетая военные действия с мирными переговорами. При этом советское командование понимало, что немецкие войска еще далеки от разгрома, их силы достаточно велики, а боевой дух высок и вряд ли удастся быстро склонить их к капитуляции без кровопролития. Другое дело – войска союзников Германии, оказавшиеся под Сталинградом: венгры, итальянцы, румыны.

Румыны были особенно слабым звеном в "цепи" войск противника. Их надежды на победу (и земельный надел в завоеванной России) давно улетучились, боевой дух был подорван в результате больших потерь, голода, холода, болезней. В войсках царили чувства обреченности и стойкой злобы на немцев из-за того, что румынским солдатам приходится гибнуть в развязанной теми войне, а также из-за их жестокого и пренебрежительного отношения. Это и решило использовать советское руководство.

Один из первых установленных случаев применения парламентеров произошел в самом начале контрнаступления. В начале второй декады ноября 1942 г. 96-я, 63-я и 333-я стрелковые дивизии 21-й армии Юго-Западного фронта вели боевые действия по окружению и ликвидации так называемой распопинской группировки противника, состоявшей из двух румынских корпусов. В тяжелых боях с противником к исходу 21 ноября 1942 г. войскам 21-й армии удалось расчленить румынские войска около ст. Распопинской. В районе Серафимовичского плацдарма нашим войскам противостояли 5-я и 6-я румынские дивизии. Сопротивление противника было надломлено. Ввиду этого, стремясь избежать ненужного кровопролития и излишних потерь, советское командование приняло решение склонить руководство румынских войск к капитуляции. В частности, по приказанию командира 96-й стрелковой дивизии полковника Г. П. Исакова в расположение противника с парламентерской миссией были направлены, по одним сведениям, группа из трех советских офицеров, по другим - один человек.

Все источники, однако, подтверждают факт участия в миссии командира комендантской роты штаба дивизии старшего лейтенанта И. Я. Балашова. Ответ румынского командования оказался отрицательным. Тем не менее уже утром 22 ноября некоторые части румын начали без приказа о капитуляции сдаваться в плен. К исходу того же дня прибыли уже румынские парламентеры для переговоров об условиях капитуляции 6-й румынской дивизии.

Десять красных ракет

С гораздо большим успехом завершилась парламентерская миссия начальника артиллерии 346-го стрелкового полка той же 63-й стрелковой дивизии 21-й армии капитана Н. И. Евтухова.

Около 19.00 23 ноября 1942 г. его вызвали к командиру дивизии, где он получил приказ отправиться в качестве парламентера в расположение противника. На тот момент окруженная румынская группировка делилась на две основные части с центрами в станице Распопинская и хуторе Избушинский. Из Распопинской к тому времени прибыли парламентеры от командующего окруженной группировкой бригадного генерала Т. Стэнеску с предложением переговоров о капитуляции. Избушинская группировка продолжала сопротивление.

Задание было следующим: пройти в хутор Избушинский и передать тамошнему командованию пакет с ультиматумом командования Красной Армии. В сопровождение были приданы двое сержантов из полковой разведки и пленный румынский солдат в качестве переводчика.

Через некоторое время в нейтральной полосе советские парламентеры встретили румынских солдат. Группу повели в хутор, по дороге завязав глаза. Сержанты были настороже, в любой момент готовые открыть огонь. Не развязывая глаз, их привели в избу. Евтухов удостоверился, что все сопровождающие здесь. Им развязали глаза. Капитан румынской армии сказал, что отправил человека к командующему. Присутствующие закурили, завязался разговор. Капитан оказался родом из Бессарабии, поэтому разговор главным образом шел о ее присоединении, кто прав в этом вопросе, кто виновен в том, что СССР и Румыния стали противниками.

Прибыл полковник, пожилой, со свитой офицеров. Это был командующий Избушинской группой войск. Началось совещание с офицерами штаба.

Около 1.00 ночи полковник заявил, что без разрешения генерала он не может отдать приказ о капитуляции. Генерал находился в х. Базковском. Евтухов принял решение отпустить сержантов из сопровождения, передав с ними сообщение, что лично ведет переговоры до 5.00 утра, а по истечении этого времени пусть командование принимает решение. Евтухов, три офицера и около 10 солдат противника на грузовой машине отправились в путь, но не на Базковский, а на Распопинскую. Около 2.00 ночи подъехали к землянке, где их встретил генерал. Прочитав ультиматум, после некоторого размышления он выразил согласие. Румыны дали сигнал - 10 красных ракет.

Бескровная атака

Еще не раз и не два, порой рискуя жизнью, будут отправляться через линию фронта советские парламентеры, чтобы под белым флагом бескровно громить врага. Вскоре в плен пойдут и подрастерявшие былую самоуверенность немецкие части.

Миссии советских парламентеров у немцев имели наибольший успех на завершающем этапе контрнаступления, когда разгром 6-й армии Паулюса стал очевиден и сопротивление начало терять смысл. По свидетельству очевидцев, в случаях, когда немцы оказывались перед выбором - плен или смерть, - подавляющее большинство выбирало первое.

Во всех случаях советские парламентеры добровольно принимали на себя обязанности проведения миссии. Чаще всего это были офицеры, хотя встречались и представители сержантского состава. Как показали события, они в большинстве были знакомы с определенными ритуалами, многие из них шли с белым флагом, их появление сопровождалось звуковыми сигналами трубы.

В большинстве подтвержденных случаев представители противной стороны при приеме парламентеров вели себя вполне корректно. За редким исключением соблюдалась неприкосновенность парламентеров, признавались их права и статус. Тем не менее противник не терял бдительности и готов был немедленно изменить отношение к парламентеру, если тот не будет соблюдать установленных правил.

Отправляясь в стан врага, советский парламентер должен был находиться в постоянной готовности к любому повороту событий. Поэтому ему необходимо было обладать выдержкой, твердостью характера, внимательностью, умом, находчивостью и немалым мужеством. Важную роль играли и боевой опыт, знание сильных и слабых сторон противника.

В результате действий парламентеров были без боя пленены значительные силы противника, сокращены сроки преодоления его обороны, захвачено большое количество вооружения и боеприпасов, но главное - благодаря им удалось избежать серьезных потерь среди советских бойцов и командиров.

Владимир Голубкин, старший научный сотрудник музея-панорамы "Сталинградская битва"

"Наш горожанин" от 6 - 12 декабря 2007 г.

Волгоград, ул. им. маршала Чуйкова, 47
(8442) 550-083
Волгоград, ул. Гоголя, 10
(8442) 550-151
Волгоград, площадь Павших Борцов, 2
(8442) 386-067
(8442) 550-151